Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Келлог рассказал, зачем США начали переговоры с Лукашенко
  2. Для водителей этой осенью собираются ввести новшество
  3. «Южные и восточные районы рискуют стать непригодными для жизни в ближайшие 10 лет». Ученый — о том, как спасти водоемы от обмеления
  4. Минчане обсуждают отмену продажи талонов у водителей с 1 сентября. «Минсктранс» прокомментировал ситуацию
  5. «Нет слов, одни эмоции». Минчанка искала того, кто нашел и вернул ее кошелек, а тот вдруг объявился сам и через милицию требует награду
  6. В России князя Дмитрия Донского (чьи мощи нашли недавно) считают святым. Рассказываем, чем в реальности он отличился
  7. «Без паники». В парламенте заметили, что средняя зарплата «взбудоражила» людей, и бросились успокаивать — оцените, убедительно ли вышло
  8. В Минске создают гигантскую сеть видеонаблюдения во дворах — на 20 тысяч камер. За чем они будут следить
  9. «Пафосное говно». Беларуска показала в Threads полученную «бацькаву кашулю» — там быстро придумали более полезные семьям подарки
  10. У украинцев спросили об отношении к Лукашенко, Беларуси и беларусам. Вот результаты
  11. «Знатно офигели». Карточки каких беларусских банков работают в ЕС, а каких — нет (истории тех, кто проверил это на практике)
  12. «Никак не могли выяснить причину». Купившая Belgee беларуска рассказала в Threads о проблеме, с которой столкнулась — многим откликнулось
  13. «Не стоит делать вид, что мы все — Там и Здесь — вместе и заодно». Большое интервью с одним из самых популярных беларусских писателей
Чытаць па-беларуску


Путепровод на Немиге в Минске рухнул 8 января 2022 года. Крайним стал замдиректора эксплуатационного предприятия «Горавтомост» Николай Дедюля — его обвинили в служебной халатности и в декабре приговорили к пяти годам «домашней химии». Но, как оказалось, этим не ограничилось — с бывшего сотрудника решили взыскать почти всю стоимость моста. Рассказываем, какое решение принял суд.

Рухнувший путепровод на Немиге. Фото: МЧС
Рухнувший путепровод на Немиге. Фото: МЧС

Иск против Дедюли в суд подала Генпрокуратура в интересах «Горавтомоста». Поскольку мужчину признали виновным в ненадлежащем исполнении рабочих обязанностей (суд решил, что он знал о «постоянно прогрессирующих дефектах ригеля промежуточной опоры путепровода», но не устранил их, и это привело к обрушению конструкции), прокуратура сочла, что именно бывший работник должен возместить весь ущерб, причиненный халатностью.

Стоимость путепровода оценили в 2 млн 743 тыс. рублей. Однако при строительстве нового моста взамен рухнувшего были использованы конструкции и элементы старого, в частности перильное ограждение на сумму в 425 тыс. рублей. Их стоимость отняли, в итоге сумма ущерба для предприятия оказалась немного меньше — 2 млн 318 тыс. рублей. К ней добавили госпошлину в 15 тыс. рублей — и всю эту сумму в 2 млн 333 тыс. прокуратура потребовала взыскать с Николая Дедюли.

Однако суд внимательно изучил материалы, предоставленные «Горавтомостом» в обоснование ущерба, запросил дополнительную информацию и выяснил, что, оказывается, перильные ограждения моста полностью сохранились и могут быть повторно использованы в полном объеме (30 тонн), а не только в части тех 7 тонн, которые пошли на новый мост. Так что ограждения на сумму 1,23 млн рублей из ущерба вычли.

Кроме того, остались целыми также тумбы и цоколь, облицованные гранитными плитами. Их на новом мосту не использовали, но вообще их повторное использование возможно, а это значит еще минус 960 тыс. рублей из ущерба.

В итоге, отняв стоимость всех сохранившихся и повторно использованных частей моста, суд пришел к выводу, что реальный ущерб, который нанес Дедюля, составляет «всего» 128 230 рублей — их он и должен будет выплатить. А госпошлина в данном случае взысканию не подлежит: с физлиц по трудовым спорам ее не берут, с госучреждений — тоже, поэтому 15 тысяч платить не нужно.

Более того, поскольку претензии предприятия оказались справедливыми лишь частично, «Горавтомосту» еще и пришлось возместить своему бывшему замдиректора 500 рублей, потраченные им на оплату помощи представителя ввиду сложности дела.