Впервые за последние десятилетия сразу несколько показателей, которые отражают положение женщин на работе, начали двигаться в обратную сторону. Сотрудницы компаний стали терять посты в руководстве, реже становятся партнерами в крупных банках и все чаще уходят с полной занятости. Об этом пишет издание The Economist.
Женщины давно и стабильно опережают мужчин по числу полученных дипломов — и в Беларуси, к слову, тоже. Сегодня именно студентки составляют большинство учащихся практически во всех богатых странах мира.
За последние несколько десятков лет женщины почти втрое увеличили свою долю среди врачей и юристов — одних из самых высокооплачиваемых (по крайней мере, в западных странах) профессий. В Великобритании, например, по данным Общего медицинского совета — государственного органа-регулятора — число женщин впервые превысило число мужчин в профессии врача.
В то же время, как отмечает The Economist, именно это, самое образованное поколение женщин в истории, теперь начинает терять позиции. Один из показателей — доля женщин среди топ-менеджеров крупнейших американских компаний, входящих в индекс S&P Total Market Index (он отслеживает акции публичных компаний США). Женщины десятилетиями постепенно увеличивали свою долю в высшем руководстве — и добрались до 12,2%. Но в 2023 году впервые за более чем 20 лет их число на этих позициях снизилось.
Особенно неожиданным разворот выглядит на фоне того, что годом раньше был зафиксирован самый быстрый рост доли женщин в руководстве за все время наблюдений.
Похожая картина складывается и в отдельных крупных компаниях. В американском банке Goldman Sachs (один из крупнейших инвестиционных банков в мире) доля новых партнеров-женщин в 2024 году снизилась впервые за более чем десять лет, а через год сократилась и доля новых женщин — управляющих директоров. В банке JPMorgan Chase несколько лет считалось, что преемницей главы банка Джейми Даймона может стать одна из двух топ-менеджерок — Марианн Лейк или Дженнифер Пипшак. Однако сейчас ни одна из них не рассматривается на этот пост: Лейк готовится уйти на пенсию, а Пипшак сама отказалась от участия в конкурсе — и список кандидатов на позицию главы банка теперь состоит исключительно из мужчин.
Замедлился и приход женщин в советы директоров крупных американских компаний, входящих в индекс S&P 500. В 2025 году женщины получили 38% новых мест в советах директоров — против 42% годом ранее, и это тренд на продолжение отступления после пикового 2020 года. Отчасти дело в том, что в 2025-м советы директоров реже обновлялись, но свою роль сыграл и отказ части компаний от политики разнообразия и инклюзивности.
Схожая тенденция заметна и на более ранних этапах карьеры. По данным Женского индекса от финансового аудитора PwC, доля женщин, занятых на полную ставку, впервые за все время существования индекса снизилась — с 78,1 до 76,8% за последний год.
Особенно заметным спад оказался в США, где с января по июль 2025 года рынок труда покинули почти 338 тысяч женщин. Мужская же часть рабочей силы за тот же период, напротив, выросла на 183 тысячи человек.
Чаще всего с работы уходили женщины с высшим образованием и маленькими детьми: их доля на рынке труда росла десятилетиями, но с 2023 года начала снижаться и падает каждый год — а 2025-й стал рекордным по числу увольнений среди матерей с маленькими детьми за последние сорок лет. Похожая картина заметна и в Британии, где показатель занятости матерей рос с 2010-го по 2020-й, достиг пика в 2023-м, а затем резко пошел вниз.
Меняется и сам настрой женщин по отношению к карьере. В 2013 году книга Шерил Сэндберг (в то время — второго человека в компании Meta, которой принадлежат Facebook и Instagram) под названием «Не бойся действовать» призывала женщин активнее заявлять о себе на работе и стремиться к руководящим позициям. Однако сейчас, судя по ежегодному опросу компании McKinsey и организации Lean In (некоммерческий фонд, который также основала Сэндберг), стремление к повышению у женщин снизилось — и эта тенденция впервые за десять лет разворачивается в противоположную сторону по сравнению с мужчинами.
О желании двигаться по карьерной лестнице заявили лишь 69% женщин на начальных позициях, 82% в середине карьеры и 84% женщин — руководителей высшего звена. Среди мужчин на тех же этапах карьеры такое желание выразили 80%, 86% и 92% соответственно.
В чем причина таких перемен? Отчасти все, вероятно, можно объяснить последствиями пандемии коронавируса: во время локдаунов работу чаще теряли женщины с низкими зарплатами, из-за чего гендерный разрыв в оплате труда тогда искусственно сократился. Соответственно, сейчас, когда эти женщины возвращаются на рынок труда, разрыв может просто восстанавливаться до прежнего уровня, а не расти по новым причинам. Но усиление этой тенденции спустя шесть лет после начала пандемии наводит на мысль, что дело не только в этом.
Среди других причин The Economist называет резко подскочившие расходы на присмотр за детьми, жесткие требования работодателей вернуться в офис, влияние менопаузы на трудоспособность и снижение поддержки женщин внутри компаний.
А ученые из Королевского колледжа Лондона считают, что популярность образов домохозяек в духе «традиционных жен» (о них «Зеркало» уже подробно рассказывало) среди молодых женщин связана как раз с усталостью от современных требований к работе. К такому выводу они пришли, проанализировав данные Британского социального опроса за период с 1984 по 2022 год. Как отмечает профессорка Хиджунг Чунг, которая работала над исследованием: «Тренд на „традиционных жен“ — не тоска по прошлому, а сигнал тревоги».
