Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Лукашенко возмутился, что на «Белкоммунмаше» «рабочий класс разболтанно себя ведет»
  2. После визита Коула освободили 25 политзаключенных. Похоже, к вывозу готовили еще одну — но она была против
  3. «Разве это обвал?» Экспертка — о ситуации на рынке жилья в Минске: что происходит с ценами и что будет после Нового года
  4. В Беларуси готовят изменения в оплате проезда. Они затронут все города страны
  5. «Кто хочет сесть на место Тихановской?» Франак Вячорка стал гостем шоу «Гутаркі» и рассказал, как его девушкой оказалась сотрудница КГБ
  6. Соседи Беларуси этой ночью переведут часы. Как изменится разница во времени
  7. «Мы никому не говорим, где мы живем». Поговорили с представителем BELPOL об изнанке работы — информаторах, деньгах и личной безопасности
  8. «Им было наплевать, как мы будем выживать и решать проблемы». Беларусы рассказали, как пережили «адский коллапс» в российском аэропорту
  9. В Гродненской области мужчина стрелял в силовиков — его «ликвидировали»
  10. Аномальное тепло и ночные заморозки. Синоптик рассказал о погоде на следующей неделе
  11. «Их задача — продать Лукашенко Западу». Пытались узнать, кто планирует писать письмо Евросоюзу, которое раскритиковал представитель BELPOL
  12. Ледники тают все быстрее, а в 2030-х годах некоторые из них могут и вовсе исчезнуть. Чем это грозит планете и Беларуси в частности


В пятницу, 18 февраля, после 17 месяцев вышла на свободу Наталья Херше. Из колонии ее привезли сразу в аэропорт, где она села на самолет до Швейцарии. Об этом блогу «Отражение» рассказал ее брат Геннадий. Мы перепечатываем этот материал.

Фото: twitter.com/ignaziocassis
Наталья, ее брат Геннадий и посол Швейцарии в Беларуси Кристин Хонеггер-Золотухин. Фото: twitter.com/ignaziocassis

На пятницу, 18 февраля, у Геннадия была назначена встреча с новым послом Швейцарии в нашей стране Кристин Хонеггер-Золотухин. Мужчину попросили взять с собой оба паспорта Натальи (у нее двойное гражданство: Беларуси и Швейцарии). Утром мужчина приехал в посольство, ничего не подозревая и ни на что не рассчитывая.

— Думаў, што будзе звычайная сустрэча, якія былі дагэтуль, нейкае абмяркоўванне. Можа, пасол скажа, калі паедзе на спатканне з Наталляй. А тут прыходжу, а мяне віншуюць. «З чым?», — пытаюся я. «Наталля вызвалена», — адказвае амбасадарка, — рассказывает Геннадий.

Буквально через 15 минут он уже ехал в аэропорт, где его ждала встреча с сестрой. Наталью туда привезли на тонированном микроавтобусе. В вип-зал она прошла в тюремной робе в сопровождении силовиков. Там родные и встретились.

— Я быў у шоке, мякка кажучы, настолькі гэта было нечакана для мяне. Наталля вельмі худая, сівыя доўгія валасы — толькі кончыкі бялявыя засталіся. Але яе дух, настрой вельмі ўзвышаныя, — не скрывает эмоции Геннадий.

Сестра рассказала ему, что во время привычного подъема в 6 утра в ее камеру постучали и крикнули, чтобы за 15 минут собрала свои вещи. Уже тогда Наталья заподозрила, что ее могут освободить. Такой вывод женщина сделала, зная о прибытии нового посла Швейцарии.

— Мы пабылі разам добрых 40 хвілін. Яна спытала, што ў такой робе пойдзе ў самалёт — мы пасмяяліся. Амбасадарка кажа: «Не, зараз пераадзенем». Схадзілі яны ў прыбіральню, пераадзелі Наталлю ў цывільнае адзенне — і ўсё плахое засталося ззаду. Пасля гэтага мы пасядзелі яшчэ паўгадзіны, папілі гарбаты і кавы. Наталля ўпершыню за паўтары гады з’ела шакаладную цукерку.

До самого вылета самолета с Херше на борту с ней, братом и послом все время были представители силовых структур. Потом Геннадий вместе с дипломатом Кристин Хонеггер-Золотухин подождали, когда самолет до Стамбула поднимется в воздух. Оттуда женщина отправится в Цюрих, где, по словам брата, ее встретят семья, депутат парламента Швейцарии Барбара Гизи, которая взяла шефство по ее делу, и бывший посол Швейцарии в Беларуси Клод Альтерматт.

Наталья Херше провела за решеткой 17 месяцев. Ее задержали 19 сентября 2020 года после женского марша и осудили на 2,5 года за сорванную с ОМОНовца балаклаву.

По словам брата, Наталья не писала прошение о помиловании. Ни она сама, ни Геннадий не знают, итогом каких решений или договоренностей стало освобождение политзаключенной, уточняет собеседник. Ранее он рассказывал, что женщину несколько раз уговаривали написать прошение о помиловании, но она отказывалась это делать.